Алексей Агатти

проза о любви и нелюбви

Последнее слово

Долго не появляется на экране его ответ. Я терпеливо жду, пока он напечатает фразу. Почему-то кажется, сейчас он мне все объяснит. У него тоже был роман с натуралом.

Курсор замирает, и на экране появляются его слова:

- Ты ему давно признался, что ты гей?

Ночная тишина разрывается от грохота клавиш:

- Да.

И опять тишина. Томительные секунды.

- Он тебя не сразу принял?

Я бросаюсь печатать ответ, стираю его, снова печатаю несколько слов, понимаю, что это не то, стираю их. В ушах стоит скрежет и стук торопящихся клавиш. Я понимаю, что успею сказать только главное:

- Я уже потом спросил его, что он почувствовал, когда я признался.

* * *

Мы уже почти попрощались в тот день. Но ни он, ни я не спешим расходиться. И тогда я решился спросить:

- Помнишь, вот также после кино я тебе все рассказал о себе?

Он кивает, пытается вспомнить название фильма. Но я хочу узнать у него самое главное:

- А что ты почувствовал в тот момент?

Он улыбается, словно хочет еще поиграть в непонимание, потом пытается увести разговор в сторону:

- Ты был такой напряженный весь вечер, я все хотел спросить, что случилось, - он снова своей улыбкой отвлекает меня, - Давно бы рассказал.

В его интонации такое добродушие, что я жалею о том, что не признался раньше.

- Ты первый, кому я об этом сказал, - оправдываюсь я, и голосе непроизвольно проскальзывает манерность, - до этого у меня не было опыта.

Он снова улыбается и уже готовится как-то пошутить, но я успеваю первым.

- Так что ты почувствовал в этот момент?

Он перестает улыбаться.

- Ну, в первый момент шок, ты понимаешь.

Он молчит и отводит взгляд. Я помню, как потом два дня он мне не звонил. Я, затаив дыхание, жду, что он соберется с мыслями и продолжит. И я начинаю слышать каждое слово еще до того, как оно произнесено.

- А потом... - его лицо меняется.

Я готов услышать все. Он продолжает.

- У меня было чувство... - и снова пауза в целую вечность.

Кажется, такая тишина вокруг, что я слышу его дыхание перед последним словом.

И он это слово произносит.

Но в этот момент, словно сбесившись, уличный шум со всех сторон набрасываются на меня, пытаясь помешать мне слышать.

И я ничего не успеваю понять. В сказанном нет никакого смысла. Или есть? Мне нужно немедленно уйти прочь, навсегда забыть о нем? Мне нужно продолжать его слушать, как ни в чем не бывало?

Мне так трудно понять другого человека.

Он поднимает голову, пытается посмотреть мне в глаза. Кажется, он даже готов ободрить меня.

А я боюсь понять его фразу. Еще раз повторяю про себя его слова: "в тот момент... у меня было чувство...".

И теперь мне остается вспомнить, какой смысл в последнем слове.

Так трудно понять другого человека!

Я не хочу верить, что только что слышал это. Я же думал тогда, что он все понял!

И эхом крутится в голове окончание только что услышанной фразы: "...чувство потери. ...было чувство потери. ...у меня было чувство потери".

Трудно понять другого человека.

* * *

Трудно сразу понять другого человека.

Я смотрю, как курсор на экране ритмично помаргивает. Я заранее знаю, через сколько секунд появится его вопрос. Я даже знаю, о чем он будет:

- Он тебе уже тогда все сказал?

Так что, не дожидаясь этого вопроса, я начинаю набирать ответ:

- Спасибо тебе, теперь мне легче.

январь 2006

рассказ из сборника "День первый"

Алексей Агатти

© 2002-2014

Адрес сайта: agatti.me